НИ сказала,что все у них хорошо,Максик не болеет.Температура была один день,когда аппаратик еще стоял,а когда сняли,все стало заживать,и сейчас все нормально-и ножка,и бочок.
Теперь о дальнейших планах.Через несколько дней Максимка едет на две недели на консультацию в Клинику СПб научно-практического центра медико-социальной экспертизы,протезирования и реабилитации инвалидов им.Г.А.Альбрехта,затем две недели санатория…Так что месяц еще Максик у нас точно. Но это планы,…и будем надеяться,что ничто им не помешает.
Отвезла Степашку и немного фруктов и вкусняшек .О тратах отчитаюсь перед немецкими девочками,т.к. использовала и часть их денег.Но НИ все время повторяет,что ничего возить не нужно.Не все можно,и не все ест…
НИ передавала привет и очень просила всех не писать и не говорить лишнего.
Да,еще…показывали в документальном фильме их по второму каналу : ссылка
И Максика снимали,и интервью доктора,и НИ.А завтра собираются в Эрмитаж.Надеюсь,что не сорвется,как с зоопарком летом.
Всем всего доброго!До следующих новостей!"
14.11.2011-24 октября, прошла вторая операция, она длилась пять с половиной часов. Ее, как и первую, провели директор Института им. Турнера профессор Алексей Баиндурашвили и директор Центра протезирования им. Альбрехта профессор Игорь Шведовченко. На этот раз хирурги занимались формированием правой культи. Звучит простенько, а на самом деле это сложнейшая микрохирургическая операция, залог успеха будущей постановки мальчика на протезы.
Алексей Баиндурашвили сегодня сказал нам, что операция прошла так, как и планировалось, никаких неожиданностей в ее ходе не было. Сейчас Максим в реанимации, состояние нормальное, температуры нет.
Удалось созвониться и с няней Натальей Иннокентьевной. Она считает, что Максим перенес операцию и первый послеоперационный день даже лучше, чем это было в прошлый раз. Ему не так больно, он не плачет, настроение хорошее и аппетит отменный.
Мы были у Максимки накануне операции, в воскресенье. Максим продолжал удивлять. Время от времени этот парень дает понять, что он не просто все на свете понимает – он может и говорить, но не делает этого, так сказать, без особой нужды. Помалкивает-помалкивает, и вдруг говорит няне:
– Дай сыр.
Мы, поразившись, переспрашиваем:
– Что дать?
Он хитро прищуривается и четко повторяет:
– Сыр.
У Максима очень сильные руки. Опираясь на них, он довольно резво перемещается с кровати на стул, со стула на кровать. Очень точно держит равновесие, это самый настоящий гимнастический трюк: встает на руки и держит тело горизонтально. Причем заметно, что ему это не составляет большого труда и даже особого напряжения. Когда Наталья Иннокентьевны отодвинула стул от кровати, потребовал:
– Кул!
– Не кул, а стул, – поправила его няня. – Скажи: стул.
Трудно передать выражение лица, с каким он посмотрел на нее. Знаете, будто предупреждает: сейчас буду вредничать! И еще четче, чем раньше, с каким-то даже вызовом, произносит:
– Кул!
Ну и ладно. Нам – стул, а ему – кул. Никто не возражает. Посидим и на «кульях», правда?
